Что такое Код? Значение слова Код в философском словаре

1) Код - - обозначение совокупности правил или ограничений, обеспечивающих речевую деятельность или функционирование какой-либо знаковой системы. К. должен быть понятным для всех участников коммуникативного процесса и поэтому носить конвенциональный характер . Конвенциональность К. обычно неявно выражена и всегда самоустанавливается во множествах коммуникативных актов. Р. Якобсон отмечал, что в структуре любого языка содержится определенное число "различительных признаков", представляющих собой эффективный и экономичный К.: каждый признак - это бинарная оппозиция наличия и отсутствия какой-либо характеристики. Выбор и взаимодействие различительных признаков в любом языке обнаруживают определенную регулярность. Коммуникативная релевантность различительных признаков, основанная на их семантической значимости, исключает любые случайные явления в их структуре. Инвентарь различительных признаков, существующих в языках мира, предельно ограничен, а совместимость признаков в пределах одного языка ограничивается общими импликативными законами. Объяснение этих универсальных принципов, относящихся к совместимости и взаимодействию признаков в языке, по-видимому, коренится во внутренней логике коммуникативных систем, наделенных свойствами саморегулирования и самоуправления. Трансформации, посредством которых из инвариантов получаются варианты, полагает Якобсон, могут быть подразделены на два типа в соответствии с производимыми изменениями: контекстуальные и стилистические. Контекстуальные варианты указывают на совместную или последовательную встречаемость данного признака, а стилистические варианты обеспечивают маркированное - эмоциональное или поэтическое - добавление к нейтральной, чисто когнитивной информации, передаваемой данным признаком. Указанные типы инвариантов и вариантов принадлежат к единому общему языковому К., благодаря которому собеседники наделены способностью понимать друг друга. Д. Хаймз подчеркивал, что изучение реального функционирования языка, побуждает обращаться к этнолингвистике и социолингвистике. В любом речевом сообществе и в любом существующем языковом К. отсутствует жесткое единообразие: всякий человек входит одновременно в несколько речевых сообществ разного объема и сочетает в себе разные К. Каждый языковой К. непременно имеет набор разных подкодов, которые связаны с ним отношениями обратимости, то есть функциональных вариантов языка. Общество , говорящее на одном языке, всегда имеет в своем распоряжении: а) более эксплицитные и более эллиптичные языковые модели и упорядоченную шкалу переходов от максимальной эксплицитности к крайней эллиптичности; б) осознанную вариативность стилей от архаичного до новомодного; в) структурные различия между официальной, формальной и неформальной, небрежной речью . Языковое поведение управляется правилами построения диалога и монолога . Так, различные вербальные отношения между адресантом и адресатом задают существенную часть языкового К. и прямо задают значения грамматических категорий, например, категории лица. Научное описание определенного языка не может обойтись без грамматических и лексических правил, касающихся наличия или отсутствия различий между собеседниками с т. зр. их социального положения, пола или возраста . Социолингвистика исходит из того, что каждый индивид является членом нескольких различных типов групп; внутри каждой из них он обладает некоторым статусом. Каждому статусу приписываются определенные роли - структурированные и регулируемые правилами способы участия в деятельности группы; для каждой роли имеются нормы поведения, которым индивид должен в глазах окружающих в большей или меньшей степени следовать, причем некоторые из этих норм будут нормами языкового поведения - кодами соответственного языка. Язык здесь рассматривается функционирующим в повторяющихся ситуациях , в которых роль , проигрываемая участниками, состоит частично в выражении соответствующего поведения посредством выбора соответствующего К. из языковых репертуаров индивидов-участников. Различаемые в социальных науках два противоположных типа отношений - первичный (например, семья , основанная на солидарности) и вторичный (производственный коллектив , основанный на власти) - коррелируют с социолингвистическими факторами, особенно с выбором К., не только при внутригрупповой, но также и при межгрупповой коммуникации. Индивид может быть описан как обладающий некоторым множеством отношений в контексте множества ситуаций. Опытный социальный исполнитель, отмечает Д. Белл, прибегает к репертуару социальных навыков, включающих языковые К., и проблема , с которой сталкивается такой исполнитель при контакте с другими лицами, согласно этой функционалистской модели, состоит в выборе из его репертуара навыков таких ролей и К., которые бы наилучшим образом отвечали его целям. Именно это постижение умения выбирать лежит в основе процесса социализации ребенка, и в той мере, в какой в обществах имеются отдельные их члены с различными внутренними возможностями и стремлением к усвоению ситуаций, следует ожидать, что индивиды и группы будут располагать репертуарами, отличающимися друг от друга как качественно, так и в количественном отношении, вплоть до выбора различных языков для тех же самых социальных целей. М. Фуко , формулируя принципы своего археологического метода , подчеркивал, что анализ дискурсов позволяет разжимать сочленения слов и вещей и высвобождать совокупность правил, обуславливающих дискурсивную практику. Эти правила определяют не немое существование реальности и не каноническое использование словарей, а порядок объектов. При этом задача состоит не в том, чтобы трактовать дискурсы как совокупности знаков (означающих элементов, которые отсылают к содержанию или репрезентации), а как практику, которая систематически формирует объекты , о которых говорят дискурсы. Археологический метод, по Фуко, может состоять в воссоздании деривационного древа дискурса. В корневой области он может расположить под общим названием "направляющих высказываний" те из них, что имеют отношение к определению доступных для наблюдения структур и к области возможных объектов, те, что предписывают доступные формы описания и коды восприятия, те,что обнажают наиболее общие возможности характеристики и открывают, тем самым, всю область строящих концептов, те, наконец, что, создавая возможность для стратегического выбора, оставляют место для множества последующих решений. Обращение к повседневности в социальных науках показало, что следование образцам, нормам и схемам поведения происходит в исключительных случаях. Расположенность к следованию букве закона была объявлена "юридизмом". Рассмотрение законов самих по себе, в отрыве от реального поведения людей, не учитывало, что не при всех условиях закон может действовать. Не учитывалось также и существование других порождающих принципов практики, особенно в мало кодифицированных обществах, подчиняющихся по преимуществу принципам "игры". Для понимания их практики П. Бурдье потребовалось реконструировать капитал информационных схем, который дает им возможность порождать осмысленные и упорядоченные идеи и практики без намеренного стремления и без сознательного подчинения правилам. Это могут быть: поговорки, эксплицитные принципы в отношении распорядка дня, кодифицированные предпочтения в сфере брака , обычаи и др. Более того, наиболее кодифицированные положения имеют в своей первооснове не объективированные и, следовательно, кодифицированные принципы, но практические схемы. Вместе с тем, в практической логике в достаточной степени силен элемент неопределенности. недетерминированности и открытости, что делает невозможным полностью положиться на практические схемы и предрасположенности в критических, опасных ситуациях. Чем более опасная ситуация, тем более стремятся кодифицировать практику, именно здесь будет больше всего формул утонченной вежливости и наиболее разработанных обрядов. Неклассическая ситуация современности открыла, что между нормами, строго предписывающими поведение людей, и практическими схемами, во многих случаях необязательными, существует подвижное взаимодополняющее единство . Но в большинстве наших обыденных поступков нами управляют не нормы и образцы, а практические схемы, т. е. "принципы, предписывающие порядок действия". Классическая ориентация на логику здесь натыкается на предел, ибо логика практики состоит в том, чтобы быть логичным до того момента , когда быть логичным становится непрактичным. Классическая логика предполагает конфронтацию последовательных моментов, положений вещей, которые были сказаны или сделаны в различные и разделенные моменты. Таково поведение Сократа , который ни о чем не забывает и ставит своих собеседников в противоречие с самими собой, сталкивая последовательные моменты их речи. Кодифицировать - это значит одновременно придавать форму и соблюдать формальности. Объективация , которую совершает кодификация, вводит возможность формализации. Она делает возможным установление эксплицитной нормативности. Кодификация - это операция приведения в символический порядок или поддержки символического порядка, которая часто возлагается на государственные бюрократии. Эта операция приносит коллективу прояснения и гомогенизацию, она минимизирует экивоки и неясности во взаимодействиях. Формализация позволяет придавать практикам , и в частности, практикам коммуникации и кооперации, ту стабильность, которая обеспечивает калькулируемость и прогнозируемость через массу индивидуальных вариаций и временных флуктуации . Как любая рационализация , формализация дает возможность для экономии, изобретательности, импровизации, творчества. Формальное право обеспечивает безупречную замещаемость агентов, отвечающих за применение кодифицированных правил, т. о., что любой может вершить правосудие. И поэтому отпадает нужда в Соломоне, и, следовательно, снижается опасность произвола . Теория кодирования, необходимая для изучения структур обозначений, полагает Э. Гидденс, должна обратиться к достижениям семиотики последних десятилетий. Но при этом не следует объединять семиотику со структурализмом и со всеми его недостатками в отношении анализа участия. Знаки "существуют" только как средства и результат коммуникативных процессов взаимодействия. В структуралистских же концепциях языка, как и в аналогичных дискуссиях о легитимации , знаки рассматриваются как заданные свойства речи и письма, а их зависимость от самого процесса передачи значения не учитывается. Структуры значений всегда нужно понимать в связи с доминированием и легитимацией. Это обусловлено всепроникающим воздействием власти на социальную жизнь . "Доминирование", по Гидденсу, не то же самое, что "систематически искаженные" структуры значений, потому что доминирование - это и есть условие существования К. значений. "Доминирование" и " власть " нельзя рассматривать только в терминах ассиметрии распределения, необходимо также признать, что они присущи социальной ассоциации или действию как таковому( подобно тому, как это имеет место у Фуко). Каковы же коннотации утверждения, что семантика имеет приоритет над семиотикой, а не наоборот? Их можно объяснить, считает Гидденс, через сравнение структуралистской и постструктуралистской концепций значений, с одной стороны, и концепции , которую можно извлечь из позднего Л. Витгенштейна - с другой . Основополагающий принцип теории значения как "системы отличий", в которой нет "позитивных ценностей", почти неизбежно приводит к признанию приоритета семиотики. Поля знаков и значений создаются упорядоченной природой отличий, охватывающих К. " Обращение к коду" - когда трудно или невозможно погрузиться в мир деятельности или события - это основная тактика, принятая структуралистами и постструктуралистами. Такое погружение , однако, вовсе не нужно, если мы понимаем соотнесенный характер К., который порождает значения, закрепленные в упорядочении социальных практик, в самой способности "продолжать действие " в разнообразных контекстах деятельности. Даже наиболее сложные семиотические отношения заземлены на семантические качества, порождаемые свойствами регулируемой правилами повседневной деятельности. "Знаки", подразумеваемые в "значении", не нужно приравнивать к "символам", ибо два термина не эквивалентны, поскольку символы , расположенные в неком символическом порядке, являются одной из главных размерностей "классификации" институтов. Символы объединяют "излишки значений", подразумеваемых многовалентным характером знаков; они объединяют те пересечения К., которые особенно богаты различными формами значений, как, например, метафора и метонимия. Символический порядок и аналогичные виды дискурса являются главным институциональным центром идеологии. Однако в теории структурации идеология не является особым "типом" символического порядка или формы дискурса. Например, нельзя отделять "идеологический дискурс" от "науки". "Идеология" относится только к тем асимметриям доминирования, которые связывают обозначение с легитимацией групповых интересов. На примере идеологии можно видеть, что структуры обозначения можно отделить как от доминирования, так и от легитимации только аналитически. Доминирование зависит от мобилизации двух различимых типов ресурсов. "Аллокативные ресурсы" относятся к материальной возможности (к формам возможности управления объектами, товарами или материальными явлениями). "Авторитативные ресурсы" относятся к типам преобразовательной возможности, управления людьми или акторами. Преобразовательный характер ресурсов логически эквивалентен и практически связан с характером К. и нормативных санкций. С. А. Азаренко

2) Код - Франц., англ. CODE. Совокупность правил или ограничений, обеспечивающих функционирование речевой деятельности естественного языка или какой-либо знаковой системы: иными словами, код обеспечивает коммуникацию. Для этого он должен быть понятным для всех участников коммуникативного процесса и поэтому согласно общепринятой точке зрения носит конвенциональный характер . «Конвенциональная природа коммуникативных процессов, — считает А. Е. Левин, — отнюдь не обязательно выражается эксплицитно; более того, конвенции, определяющие функционирование естественных языков, всегда создаются имплицитно, «самоустанавливаясь» в множествах коммуникативных актов, и лишь впоследствии эксплицируются на метауровне лингвистического описания» (Левин:1974. с. 135). (также двойной код , текстовой анализ , постмодернизма код ).

Код

- обозначение совокупности правил или ограничений, обеспечивающих речевую деятельность или функционирование какой -либо знаковой системы. К. должен быть понятным для всех участников коммуникативного процесса и поэ тому носить конвенциональный характер . Конвенциональность К. обычно неявно выражена и всегда самоустанавливается во множествах коммуникативных актов. Р. Якобсон отмечал, что в структуре любого языка содержится о предел енное число "различительных признак ов", представляющих собой эффективный и экономичный К.: каждый признак - это бинарная оппозиция наличия и отсутствия какой-либо характеристики . Выбор и взаимо действие различительных признаков в любом языке обнаруживают определенную регулярность . Коммуникативная релевантность различительных признаков, основанная на их семантической значимости, исключает любые случайные явления в их структуре. Инвентарь различительных признаков, существующих в языках мира , предельно ограничен, а совместимость признаков в пределах одного языка ограничивается общими импликативными зако нами . Объяснение этих универсальных принцип ов, относящихся к совместимости и взаимодействию признаков в языке, по-видимому , коренится во внутренней логике коммуникативных систем, наделенных свойствами саморегулирования и самоуправления. Трансформации, посредством которых из инвариантов получаются варианты, пола гает Якобсон, могут быть подразделены на два типа в соответствии с производимыми изменениями: контекстуальные и стилистические. Контекстуальные варианты указывают на совместную или последовательную встречаемость данного признака, а стилистические варианты обеспечивают маркированное - эмоциональное или поэтическое - добавление к нейтральной, чисто когнитивной информации, передаваемой данным признаком. Указанные типы инвариантов и вариантов принадлежат к единому общему языковому К., благодаря которому собеседники наделены способностью понимать друг друга. Д. Хаймз подчеркивал, что изучение реального функционирования языка, побуждает обращаться к этнолингвистике и социолингвистике. В любом речевом сообществе и в любом существующем языковом К. отсутствует жесткое единообразие : всякий человек входит одновременно в несколько речевых сообществ разного объема и сочетает в себе разные К. Каждый языковой К. непременно имеет набор разных подкодов, которые связаны с ним отношения ми обратимости, то есть функциональных вариантов языка. Общество , говорящее на одном языке, всегда имеет в своем распоряжении: а) более эксплицитные и более эллиптичные языковые модели и упорядоченную шкалу переходов от максимальной эксплицитности к крайней эллиптичности; б) осознанную вариативность стилей от архаичного до новомодного; в) структурные различия между официальной, формальной и неформальной, небрежной речью . Язык ов ое поведение управляется правила ми построения диалога и монолога . Так, различные вербальные отношения между адресантом и адресатом задают существенную часть языкового К. и прямо задают значения грамматических категорий, например, категории лица . Научное описание определенного языка не может обойтись без грамматических и лексических правил, касающихся наличия или отсутствия различий между собеседниками с т. зр. их социального положения, пола или возраста . Социолингвистика исходит из того , что каждый индивид является членом нескольких различных типов групп; внутри каждой из них он обладает некоторым статусом. Каждому статусу приписываются определенные роли - структурированные и регулируемые правилами способы участия в деятельности группы; для каждой роли имеются нормы поведения, которым индивид должен в глазах окружающих в больше й или меньшей степени следовать , причем некоторые из этих норм будут нормами языкового поведения - кодами соответственного языка. Язык здесь рассматривается функционирующим в повторяющихся ситуация х , в которых роль , проигрываемая участниками, состоит частично в выражении соответствующего поведения посредством выбора соответствующего К. из языковых репертуаров индивидов-участников. Различаемые в социальных науках два противоположных типа отношений - первичный (например, семья , основанная на солидарности) и вторичный ( производственный коллектив , основанный на власти) - коррелируют с социолингвистическими факторами, особенно с выбором К., не только при внутригрупповой, но также и при межгрупповой коммуникации . Индивид может быть описан как обладающий некоторым множеством отношений в контексте множества ситуаций. Опытный социальный исполнитель , отмечает Д. Белл , прибегает к репертуару социальных навыков, включающих языковые К., и проблема , с которой сталкивается такой исполнитель при контакте с другими лицами, согласно этой функционалистской модели, состоит в выборе из его репертуара навыков таких ролей и К., которые бы наилучшим образом отвечали его целям. Именно это постижение умения выбирать лежит в основе процесса социализации ребенка, и в той мере, в какой в обществах имеются отдельные их члены с различными внутренними воз можно стями и стремлением к усвоению ситуаций, следует ожидать , что индивиды и группы будут располагать репертуарами, отличающимися друг от друга как качественно, так и в количественном отношении, вплоть до выбора различных языков для тех же самых социальных целей. М. Фуко , формулируя принципы своего археологического метод а , подчеркивал, что анализ дискурсов позволяет разжимать сочленения слов и вещей и высвобождать совокупность правил, обуславливающих дискурсивную практик у. Эти правила определяют не немое существование реальности и не каноническое использование словарей, а порядок объектов. При этом задача состоит не в том, чтобы трактовать дискурсы как совокупности знаков (означающих элемент ов, которые отсылают к содержанию или репрезентации), а как практику, которая систематически формирует объекты , о которых говорят дискурсы. Археологический метод, по Фуко, может состоять в воссоздании деривационного древа дискурса. В корневой области он может расположить под общим названием "направляющих высказываний" те из них, что имеют отношение к определению доступных для наблюдения структур и к области возможных объектов, те, что предписывают доступные формы описания и коды восприятия, те,что обнажают наиболее общие возможности характеристики и открывают, тем самым, всю область строящих концептов, те, наконец , что, создавая возможность для стратегического выбора, оставляют место для множества последующих решений. Обращение к повседневности в социальных науках показало, что следование образцам, нормам и схемам поведения происходит в исключительных случаях. Расположенность к следованию букве закон а была объявлена "юридизмом". Рассмотрение законов самих по себе, в отрыве от реального поведения людей, не учитывало, что не при всех условиях закон может действовать . Не учитывалось также и существование других порождающих принципов практики, особенно в мало кодифицированных обществах, подчиняющихся по преимуществу принципам "игры". Для понимания их практики П. Бурдье потребовалось реконструировать капитал информационных схем, который дает им возможность порождать осмысленные и упорядоченные идеи и практики без намеренного стремления и без сознательного подчинения правилам. Это могут быть: поговорки, эксплицитные принципы в отношении распорядка дня, кодифицированные предпочтения в сфере брака , обычаи и др. Более того, наиболее кодифицированные положения имеют в своей первооснове не объективированные и, следовательно , кодифицированные принципы, но практические схемы. Вместе с тем, в практической логике в достаточной степени силен элемент неопределенности. недетерминированности и открытости, что делает невозможным полностью положиться на практические схемы и предрасположенности в критических, опасных ситуациях. Чем более опасная ситуация, тем более стремятся кодифицировать практику, именно здесь будет больше всего формул утонченной вежливости и наиболее разработанных обрядов . Неклассическая ситуация современности открыла, что между нормами, строго предписывающими поведение людей, и практическими схемами, во многих случаях необязательными, существует подвижное взаимодополняющее единство . Но в большинстве наших обыденных поступков нами управляют не нормы и образцы, а практические схемы, т. е. "принципы, предписывающие порядок действия". Классическая ориентация на логику здесь натыкается на предел, ибо логика практики состоит в том, чтобы быть логичным до того момента , когда быть логичным становится непрактичным. Классическая логика предполагает конфронтацию последовательных моментов, положений вещей, которые были сказаны или сделаны в различные и разделенные моменты. Таково поведение Сократа , который ни о чем не забывает и ставит своих собеседников в противо речи е с самими собой, сталкивая последовательные моменты их речи. Кодифицировать - это значит одновременно придавать форму и соблюдать формальности. Объективация , которую совершает кодификация, вводит возможность формализации. Она делает возможным установление эксплицитной нормативности. Кодификация - это операция приведения в символический порядок или поддержки символического порядка, которая часто возлагается на государственные бюрократии. Эта операция приносит коллективу прояснения и гомогенизацию, она минимизирует экивоки и неясности во взаимодействиях. Формализация позволяет придавать практикам , и в частности, практикам коммуникации и кооперации, ту стабильность , которая обеспечивает калькулируемость и прогнозируемость через массу индивидуальных вариаций и временных флуктуации . Как любая рационализация , формализация дает возможность для экономии, изобретательности, импровизации, творчества. Формальное право обеспечивает безупречную замещаемость агентов, отвечающих за применение кодифицированных правил, т. о., что любой может вершить правосудие . И поэтому отпадает нужда в Соломоне, и, следовательно, снижается опасность произвола . Теория кодирования, необходимая для изучения структур обозначений, полагает Э. Гидденс , должна обратиться к достижениям семиотики последних десятилетий. Но при этом не следует объединять семиотику со структурализмом и со всеми его недостатками в отношении анализа участия. Знаки "существуют" только как средства и результат коммуникативных процессов взаимодействия. В структуралистских же концепциях языка, как и в аналогичных дискуссиях о легитимации , знаки рассматриваются как заданные свойства речи и письма , а их зависимость от самого процесса передачи значения не учитывается. Структуры значений всегда нужно понимать в связи с доминированием и легитимацией. Это обусловлено всепроникающим воздействием власти на социальную жизнь . " Доминирование ", по Гидденсу, не то же самое , что "систематически искаженные" структуры значений, потому что доминирование - это и есть условие существования К. значений. "Доминирование" и " власть " нельзя рассматривать только в терминах ассиметрии распределения , необходимо также признать , что они присущи социальной ассоциации или действию как таковому( подобно тому, как это имеет место у Фуко). Каковы же коннотации утверждения, что семантика имеет приоритет над семиотикой, а не наоборот ? Их можно объяснить , считает Гидденс, через сравнение структуралистской и постструктуралистской концепций значений, с одной стороны, и концепции , которую можно извлечь из позднего Л. Витгенштейна - с другой . Основополагающий принцип теории значения как "системы отличий", в которой нет "позитивных ценностей", почти неизбежно приводит к признанию приоритета семиотики. Поля знаков и значений создаются упорядоченной природой отличий, охватывающих К. " Обращение к коду" - когда трудно или невозможно погрузиться в мир деятельности или события - это основная тактика , принятая структуралистами и постструктуралистами. Такое погружение , однако, вовсе не нужно, если мы понимаем соотнесенный характер К., который порождает значения, закрепленные в упорядочении социальных практик, в самой способности "продолжать действие " в разнообразных контекстах деятельности. Даже наиболее сложные семиотические отношения заземлены на семантические качества, порождаемые свойствами регулируемой правилами повседневной деятельности. "Знаки", подразумеваемые в "значении", не нужно приравнивать к "символам", ибо два термина не эквивалентны, поскольку символы , расположенные в неком символическом порядке, являются одной из главных размерностей "классификации" институтов. Символы объединяют "излишки значений", подразумеваемых многовалентным характером знаков; они объединяют те пересечения К., которые особенно богаты различными формами значений, как, например, метафора и метонимия . Символический порядок и аналогичные виды дискурса являются главным институциональным центром идеологии. Однако в теории структурации идеология не является особым "типом" символического порядка или формы дискурса. Например , нельзя отделять "идеологический дискурс" от "науки". " Идеология " относится только к тем асимметриям доминирования, которые связывают обозначение с легитимацией групповых интересов. На примере идеологии можно видеть , что структуры обозначения можно отделить как от доминирования, так и от легитимации только аналитически. Доминирование зависит от мобилизации двух различимых типов ресурсов. "Аллокативные ресурсы" относятся к материальной возможности (к формам возможности управления объектами, товарами или материальными явлениями). "Авторитативные ресурсы" относятся к типам преобразовательной возможности, управления людьми или акторами. Преобразовательный характер ресурсов логически эквивалентен и практически связан с характером К. и нормативных санкций. С. А. Азаренко

Франц., англ. CODE. Совокупность правил или ограничений, обеспечивающих функционирование речевой деятельности естественного язык а или какой -либо знаковой системы: иными словами, код обеспечивает коммуникацию. Для э того он должен быть понятным для всех участников коммуникативного процесса и поэ тому согласно общепринятой точке зрения носит конвенциональный характер . «Конвенциональная природа коммуникативных процессов, — считает А. Е. Левин, — отнюдь не обязательно выражается эксплицитно; более того, конвенции, о предел яющие функционирование естественных языков , всегда создаются имплицитно, «самоустанавливаясь» в множествах коммуникативных актов, и лишь впоследствии эксплицируются на метауровне лингвистического описания» (Левин:1974. с. 135). ( также двойной код , текстовой анализ , постмодернизма код ).

Значение слова Код в других словарях:

Узнайте лексическое, прямое, переносное значение следующих слов:

  • Контракт - противоположность между двумя идеальными или реальными предметами ...
  • Клеанф - стоик, ученик Зенона и преемник его в ...
  • Керинф - один из первых по времени гностиков, по ...
  • Кампанелла - Философия Кампанеллы удивительным образом совмещает в себе все ...
  • Каллизен - (Christ. Friedr. Callisen, 17771861) проф. философии ...
  • Кумулятивизм - (от лат. cumulatio увеличение, скопление) установка ...
  • Креативность - (от лат. create творить) порождающая способность ...
  • Космос - в древнегреческой философии мир как прекрасное гармоническое ...
  • Консерватизм - (от лат. conservare сохранять) защита установившихся ...
  • Квазирелигии - у П.Тиллиха псевдодуховные формы поклонения, выросшие на ...
  • Катенотеизм - см.: ГЕНОТЕИЗМ ...
  • Карма - (санскр. деяние) в древнеиндийской философии, Индуизме ...
  • Кайрос - (греч. данное время ) особое и ...
  • Кюре - (от лат. curare заботиться) — священник возглавляющий ...
  • Янсенизм - — религиозно политическое течение, распространенное в Нидерландах и ...


МЕНЮ

Прикладные словари

Справочные словари

Толковые словари

Жаргонные словари

Гуманитарные словари

Технические словари